Психоанализ сексуальных нарушений.

Импотенция .
Генитальная дисфункция у мужчин, обыч­но — неспособность достичь эрекции или поддерживать ее на достаточном для совер­шения полового акта уровне.
Хотя импотен­ция может иметь физиологическую основу — например, диабетическую невропатию, — в большинстве случаев она детерминирова­на психологически.
Преждевременная эяку­ляция, задержка эякуляции и относительный недостаток удовольствия, несмотря на оргазм (психическая импотенция), предпола­гают стоящие за ними сходные психические проблемы. Один и тот же индивид может страдать одной либо всеми перечисленны­ми дисфункциями. Мысли, установки или действия, служащие отрицанию или миними­зации того, что делает клиент, могут быть использованы в защитном плане с достаточно хорошим результатом.

импотенция
Все, что обес­печивает эмоциональную или физическую дистанцию, может дать возможность некоторой потенции посредством нейтрализа­ции опасности близости и совершения полового акта, что часто имеет эдипово значение.
В неко­торых случаях имеет значение поза при половом акте; например, потенция возмож­на только при половом акте в позиции сза­ди. В некоторых случаях потенция возмож­на при сношениях с так называемыми «дурными» или «падшими» женщинами, но не­возможна в отношениях с «хорошей» жен­щиной, любимой и уважаемой, к которой, однако, невозможно относиться сексуально, поскольку она репрезентирует непорочную мать детства. Женщины других стран, рас и вероисповеданий могут не ассоциироваться с эдиповым значением акта.
Контроль над эякуляцией связан с сек­суальной и эмоциональной зрелостью ин­дивида и отражает его внимание к потреб­ностям и состоянию сексуального партне­ра. У мужчин с преждевременной эякуляци­ей, как правило, можно выявить серьезную психопатологию в их отношениях с женщи­нами; часто они бессознательно относятся к ним как к несущим опасность, «грязным» или «падшим». Решающее значение имеют тревога и враждебность: мужчина вполне потентен при хороших отношениях с жен­щиной, но импотентен при появлении враж­дебности. Преходящие состояния импотен­ции могут быть связаны с алкоголем, угро­жающей ситуацией или иными поглощаю­щими индивида проблемами.
Серьезная психопатология может за­трагивать лишь некоторые функции, сохра­няя другие относительно неповрежденными. Каким будет симптом — психическим или сексуальным (фобия и обсессия, либо импо­тенция, или преждевременная эякуляция), определяется взаимодействием самых раз­ных факторов. Черты характера могут несексуальным образом выражать смысл им­потенции; например, социальная тревож­ность или нерешительность отражают тот же страх повреждения или чувство стыда. Или же индивид может быть ограничен в возможности испытывать тепло и сочув­ствие к другим. Часто связаны с импотен­цией социальный конформизм, исключительная воспитанность, интроверсия, трудности самоутверждения. Импотент может быть застенчив, тревожен, пассивен или зависим вблизи женщин, или же, как реакция на эти характеристики, у него могут развиться дон­жуанство, стремление к поверхностным кратковременным связям. Он может избе­гать открытых столкновений с мужчинами или же предпочитать интеллектуальное со­перничество физическому, либо эти установ­ки могут перекрываться сверхкомпенсатор­ной конкуренцией.
В детстве таких пациентов часто присут­ствует балующая, подавляющая, порождаю­щая чувство вины или сексуально провоци­рующая мать; отец же — безразличный, отвергающий, отсутствующий или склонный к постоянным обвинениям, что препятствует установлению настоящей взаимной привя­занности между отцом и сыном. Близость к матери и отдаленность по отношению к отцу усиливают эдиповы желания и страхи, от которых индивид защищается с помощью вытеснения, подавления и характерологи­ческого ограничения. В юности сильное сексуальное влечение может преодолевать подавление, вызывающее импотенцию в среднем возрасте.

Фригидность.
Недостаточность или отсутствие адек­ватных реакций женщины в процессе поло­вого акта. Этот термин приобрел уничижи­тельное значение, поэтому чаще говорят об аноргазмии или оргазмической дисфунк­ции. Выраженность этого нарушения может быть весьма различной — от полного отсут­ствия эротических чувств до полного учас­тия в половом акте и получения от него удовольствия за исключением достижения оргазма во время коитуса. Иногда отмеча­ется неадекватное увлажнение влагалища; иногда непроизвольные сокращения, типич­ные для оргазма, не сопровождаются воз­буждением и удовольствием.

Для объясне­ния неспособности некоторых женщин достигать «вагинального» оргазма привлека­ются такие факторы, как анатомические и гормональные дефекты, аберрации влече­ния и развития Я. Несмотря но то, что мно­гие здоровые и счастливые женщины не­редко страдают аноргазмией, а выражен­ный вагинальный оргазм наблюдается у женщин с явными невротическими и даже психотическими расстройствами, основным критерием сексуальной и психологической нормы остается все же способность полу­чать наслаждение от вагинального оргаз­ма.

В настоящее время фригидность, наря­ду с другими поведенческими расстрой­ствами, рассматривается в качестве множе­ственно детерминированного феномена. На его формирование могут влиять также специфические конфликты. Особенности развития вносят свой вклад в репрезента­цию различных частей гениталий и степе­ни их катексиса, определяя тем самым, с чем будут связываться ощущения — с кли­тором или вагиной. Бессознательные фан­тазии могут мешать сознательному сексу­альному удовольствию и вести к торможе­нию. В этих фантазиях половой акт может приравниваться к исполнению эдиповых желаний, пенис ассоциироваться с кастра­цией, а половой акт восприниматься как нападение огромного (родительского) фал­лоса, способного нанести рану или изуве­чить. В агрессивных фантазиях влагалище может предстать в роли кастрирующего (или поглощающего) органа, пытающегося отобрать пенис. Другими важными детер­минантами оргазмической реакции женщи­ны являются качества сексуального партне­ра, адекватность стимуляции, а также соци­альные и культурные условия, в которых совершается половой акт.

Транссексуализм.
Клинический синдром, характеризую­щийся группой расстройств половой и сек­суальной принадлежности. Нередко этот термин используется весьма произвольно. Поэтому в последнее время предпочтение отдается другому термину — расстройства половой принадлежности. Лица с этим ти­пом расстройств квалифицируются как транссексуалы. Проявления транссексуа­лизма обнаруживаются у лиц обоих полов; при этом соотношение мужчин и женщин составляет десять к одному. Основные при­знаки синдрома выделяются на основе особенностей поведения, отражающих стремление пациентов к отчетливой сексу­альной идентификации.

Транссексуализм
Все транссексуалы преследуют две главные цели: хирургичес­кого изменения половых органов и как можно более точного воспроизведения «идеальной» анатомии и функций гениталий противоположного пола. Характерно, что транссексуалы не отрицают своей теле­сной половой принадлежности, они лишь не приемлют психологических ее последствий. Поэтому желание изменить физические признаки пола тесно связаны с социальной и сексуальной ролью противоположного пола и способностью ассимилировать свой образ с этой ролью.

В клиническом отношении транссексу­алы варьируют от относительной нормы до психотиков. Большинство из них не являют­ся психотиками, если только отрицание зна­чения их генитальной анатомии не дости­гает степени маниакальности. Как и при остальных формах перверсии, транссексу­ализм характеризуется выраженной агрессивностью, тревожностью и депрессией. Эти аффекты больше, чем у других пациентов, включая и тех, кого принято называть погра­ничными больными, связаны с сексуальным образом тела. Дифференциация перверсий и транссексуализма проводится на основе того, в какой степени конфликты, связанные с аннигиляцией и кастрацией, проявляются и разрешаются символически.

При первер­сиях сексуальные фантазии и ритуалы на символическом языке отражают конфликты, связанные с половыми различиями образа тела и кастрацией. Эти символические фан­тазии и действия предохраняют физическую целостность пациента от угрозы кастрации и тем самым не позволяют «парализовать» функции Я.

Способность транссексуалов к символическому выражению этих конфликтов периодически или постоянно снижена, в результате чего образ тела становится расплывчатым, и они идентифицируют себя с противоположным полом. То, что обычно является страхом кастрации, преобразует­ся в желания, которые можно удовлетворить только путем физического изменения гени­талий.

В редких случаях транссексуалы не обнаруживают признаков типичного конфликта, и тогда их принято называть истинны­ми или первичными; те, кто обнаруживает конфликт, обозначаются как вторичные. Мнения по поводу этиологии транссексуа­лизма или расстройств половой принад­лежности противоречивы. Существуют ги­потезы о биологической этиологии, о бес­конфликтной аномальной симбиотической фазе (только в случаях первичного транс­сексуализма у мужчин), а также связанные с более привычными психическими процес­сами конфликта, регрессии и фиксации.

Трансвестизм.
Перверсия, приписываемая только лицам мужского пола и характеризующаяся воображаемым либо действительным переоде­ванием в женскую одежду с целью дости­жения психологического комфорта или возбуждения.
Процесс переодевания не­редко является необходимым условием ко­итуса или мастурбации. Как правило, транс­веститы используют несколько предметов, а порой располагают целым гардеробом соответствующих вещей, включая парики. Пе­реодевание может проявляться в виде одиночных актов, помогающих преодолеть чувство вины, либо достигать широкого раз­маха, слагаясь в определенную субкульту­ру у Я-синтонных личностей.

Трансвестизм
Переодевание для разных индивидов имеет разное значе­ние; чаще, однако, функции трансвестизма сводятся к развитию специфического комп­ромиссного образования, выражающего идентификацию с образом женщины, нака­зание за инцестуозные эдиповы желания и фантазию о фаллической женщине. Мастур­бация, особенно в кульминационный момент оргазма и семяизвержения, позволяет «одержать победу» над идентификацией с женщиной и над кастрацией.
В отличие от гомосексуализма и транс­сексуализма переодевание при трансвес­тизме носит выраженный фетишистский характер; при этом выбор гетеросексуаль­ного объекта и принадлежность к мужско­му полу остаются относительно адекватны­ми. Длительные катамнестические наблю­дения показывают, что большинство мальчи­ков, склонных к переодеванию в женскую одежду (эта тенденция проявляется уже на втором году жизни), чаще становятся гомо­сексуалистами. Стремление к переодева­нию проявляется у трансвеститов в латен­тный период или в раннем подростковом возрасте. Именно в этом возрасте пере­одевание становится основным элементом эротизма, хотя то, в какой степени эта активность поддерживается Я или имеет доступ к его исполнительным аппаратам, ва­рьирует.
В некоторых случаях разграничение трансвестизма и транссексуализма оказы­вается затруднительным, поскольку почти все трансвеститы, не будучи транссексуала­ми, фантазируют на тему превращения в женщину. По мере созревания сексуальные аспекты переодевания становятся все ме­нее значимыми, уступая место создающей психологический комфорт стойкой иденти­фикации с женщиной. У определенного контингента трансвеститов зрелого возра­ста, в частности у тех, у кого снижена самооценка, могут наблюдаться состояния ост­рого расстройства защитных функций. Такие мужчины могут приобретать черты транссексуалов и стремятся к изменению половой принадлежности. Они склонны к суициду и самооскоплению, и их состояние следует рассматривать как требующее неотложной медицинской помощи.

Фетишизм.
Фетиш-естественный или искусственный мате­риальный объект, наделяемый сверхъестественной духовной силой и магическими возможностями, помогающими его облада­телю в достижении целей и предохраняю­щий владельца от повреждений и заболеваний. Идолы и талисманы являлись важ­нейшими фетишами в примитивных религи­ях. В психоанализе используется наиболее узкое понятие, обозначающее неодушевленные предметы или части тела, необхо­димые фетишисту для достижения сексуаль­ного возбуждения и оргазма.

Фетишизм
Многим фе­тишистам, чтобы вступить в сексуальные от­ношения, требуется видеть, осязать или обо­нять фетиш либо, в крайнем случае, пред­ставлять его в фантазии. Некоторые из них требуют от партнера обнажения или, на­оборот, сокрытия отдельных частей тела и объектов, либо облачения в специфическую одежду и т.п. Часть фетишистов доволь­ствуется фантазиями, в которых фетиш вы­ступает необходимым компонентом для сексуального возбуждения и достижения оргазма при мастурбации.

Подавляющее большинство фетишис­тов — мужчины. Наиболее распространенными фетишами являются ноги, волосы, женс­кое белье, а также обувь. Среди гомосексу­алистов популярны фетиши, изготовленные из кожи. Фетишистская активность и фанта­зии могут сочетаться с такими перверсиями, как садомазохизм и трансвестизм.
Динамика и бессознательные аспекты фетишизма освещены Фрейдом в двух монографиях, опубликованных в 1905-м и 1927 годах. Он показал, что фетиш представляет собой конкретную форму бессознательных фантазий, выступающих в виде защиты от осознания отсутствия у женщины пениса; фетиш представляет собой женский, обыч­но материнский, фаллос. Расщепление в Я, между реалистическим, сознательным вос­приятием и бессознательным, а также про­тиворечивые фантазии подкрепляют отри­цание «кастрации» женщины и смягчают страх кастрации, позволяя индивиду совер­шать половой акт и достигать сексуально­го удовлетворения.
Воспоминания о фетишистском возбуж­дении могут вернуться в эдипов период. Как правило, они представляют собой покрыва­ющие воспоминания, маскирующие ранние травмы и интенсивный доэдипов страх кас­трации. Новейшие исследования показывают, что фетиш может быть бессознательным символом не только вооб­ражаемого женского фаллоса, но и груди, яго­диц и даже фекалий и мочи. Отношение переходного объекта к фетишизму можно рассматривать в аспекте развития, в терминах «различающихся стадий сходного про­цесса». У ребенка фетиш появляется в тече­ние первых двух лет жизни и свидетельствует о неадекватных объектных отношениях, дефекте влечений и развития Я. Он может быть предшественником фетиша взрослого человека.

Садизм.
Вид перверсии, при которой индивид по­лучает сексуальное удовлетворение, причиняя боль либо повреждения партнеру.
В ранних работах Фрейд высказал предполо­жение об универсальности садистских и мазохистских компонентов сексуального влечения и соотнес их с активностью, пассив­ностью и влечением к овладению.
Умерен­ные проявления садизма и мазохизма могут рассматриваться как нормальные элементы предварительной любовной игры.

садизм


В струк­туре мазохистского характера также достаточно выражены оба компонента, хотя и в бессознательной форме. У лиц с погранич­ными и психотическими расстройствами перверсные проявления отличаются созна­тельной терпимостью к явным формам над­ругательства и насилия. Иногда садизм отождествляется с агрессией и относится к ситуациям, в которых сексуальный элемент либо внешне отсутствует либо по меньшей мере не осознается (см., например, работы Мелани Кляйн и ее последователей).
Поначалу Фрейд (1915) полагал, что са­дизм является предшественником мазохиз­ма, рассматриваемого в качестве «обращен­ного на себя» садизма. Однако при описа­нии гипотетического влечения к смерти Фрейд (1920) указал на наличие направлен­ных на человека разрушительных побужде­ний (первичный мазохизм), действующих с момента рождения и противоречащих прин­ципу удовольствия. С этих позиций вторич­ным образованием представляется скорее садизм, нежели мазохизм. В результате Фрейд пришел к выводу, что садизм являет­ся «отклонением вектора» деструктивных инстинктивных влечений (первично направ­ленных на человека) в сторону объекта.

Мазохизм.
Склонность к поиску физических или психических страданий для достижения сек­суального возбуждения и удовлетворения. При этом мазохизм рассматривается и как условие, и как источник удовольствия.
При мазохистской перверсии сексуальное удовлетворение зависит от физической или пси­хической боли (избиение, угрозы, унижение, оскорбление и т.п.), реально либо в вооб­ражении наносимой партнером.
Мазохизм появляется в раннем детстве, обычно в со­четании с садизмом, как компонентное или парциальное влечение. С точки зрения Фрейда (1924), в боли есть некоторое удовольствие (эротогенный мазохизм), а потому предполагается, что незначительная доля мазохизма присуща каждой психологической структуре. Во взрослой жизни отголоски мазохизма про­являются в смягченном виде как компонент предварительной эротической игры. Однако, за исключением случаев мазохистских перверсий, либо поиск страдания, либо удоволь­ствие, либо то и другое бессознательны. Бессознательна также «фантазия об изби­ении», часто являющаяся субстратом клинической картины.
Фрейдом выделены три формы мазохизма: эротогенная, женская и мораль­ная. Первая из них, по мнению Фрейда, обусловлена биологически и конституцио­нально.
Женская форма получила такое название потому, что, хотя она проявляет­ся как у женщин, так и у мужчин, сопровож­дается фантазиями, помещающими челове­ка в типично женскую ситуацию кастриро­ванного, становящегося объектом вторже­ния и дающего жизнь ребенку субъекта. Фрейд отмечал и инфантильный компо­нент — такие мазохисты хотят, чтобы к ним относились как к беспомощным капризным детям, и в своих фантазиях оказываются обманутыми, связанными, избитыми, испач­канными, униженными, понуждаемыми к по­корности. Присоединение к этой форме чувства вины переводит ее в третью фор­му мазохизма.
Моральный мазохизм вклю­чает основанную на чувстве вины бессоз­нательную потребность в наказании, способствующую формированию невротичес­кой симптоматики, либо бессознательно и собственноручно спровоцированному стра­данию от несчастных случаев, финансовых потерь, плохих отношений, неудач или позо­ра. При этой форме теряется видимая связь с сексуальным объектом, однако Фрейд утверждал, что место садистского объекта здесь занимает Сверх-Я, и быть наказанным — эквивалент быть избитым отцом, а значит, отражает желание пассив­ных женских сексуальных отношений с ним.
Выраженный моральный мазохизм приво­дит к серьезному сопротивлению лечению, поскольку нежелание пациента отказывать­ся от невротического страдания может при­вести к негативной терапевтической ре­акции. Моральный мазохизм— первичное свойство мазохистского характера или по­веденческого мазохизма, хотя к последнему обычно относят также депрессивные на­строения и склонность жаловаться на свое положение жертвы судьбы и недоброжела­телей.
Патогенез этих форм основан на бессознательной регрессивной сексуализации чувства вины, и — у мужчин — на бессознательных пассивно-гомосексуальных желаниях, исходящих из эдипова конфликта, и нарушенных ранних объектных отноше­ниях. Кок у мужчин, ток и у женщин мазо­хизм представляет собой компромиссное образование, обеспечивающее устранение детских страхов кастрации, отвержения и заброшенности.
В ранних работах Фрейд высказывал предположение, что мазохизм является феноменом, производным от предшествующе­го садизма. В работе «Экономическая проблема мазохизма» (1924) он высказался в пользу существования первичного эрото­генного мазохизма, остатка смешанною су­ществования влечений к жизни и смерти после частичной проекции на объекты внешнего мира (собственно садизм). В некоторых случаях спроецированный садизм интроецируется и, обращаясь внутрь, порождает вторичный мазохизм. В одном и том же индивиде связь садистских и мазохистских черт неизменна.

Садомазохизм.
Сосуществование садистских и мазохи­стских желаний, фантазий и дериватов вле­чений. Садомазохизм может проявляться в виде характерологических особенностей либо сексуального поведения от относи­тельно нормальных до явно патологических, извращенных форм. Впрочем, садизм и ма­зохизм следует рассматривать как несом­ненные перверсии лишь в том случае, если причиняемая или испытываемая физическая боль становится необходимым элементом сексуальных отношений.
Понятие садомазохизма было расшире­но Фрейдом и выведено за рамки первер­сий. Сознательное либо бессознательное удовлетворение садомазохистского типа включают многие формы поведения: зади­ристость и склонность к поддразниванию, сарказм, паясничание, клевету и злословие, всевозможные проявления пассивной агрессивности и др.
Понятием моральный мазохизм принято обозначать основанную на бессознательном чувстве вины потреб­ность в страдании или наказании.
Впервые садизм и мазохизм проявляют­ся между шестым месяцем и вторым годом жизни, то есть на орально-садистской ста­дии психосексуального развития. При этом садизм связан с доставляющим одновре­менно боль и удовольствие процессом прорезывания зубов и желанием кусать. По­зднее оральный садизм находит свое выражение в настоящей потребности ку­сать (при некоторых регрессивных состоя­ниях по типу предварительной любовной игры), а также в форме вербальной актив­ности — поддразнивания и сарказма. Осо­бенности проявления орально-садистских форм поведения и их выраженность зави­сят от конституциональных факторов (вре­мени прорезывания зубов, формирования костей, порога болевого восприятия), а так­же характера объектных отношений и форм защиты, с помощью которых ребенок пыта­ется совладать с психическим конфликтом.
Основным периодом формирования садомазохизма является, однако, анально-садистская стадия. Анальный эротизм, сме­няющий оральную его форму и возникающий ко времени появления контроля над функциями сфинктеров (эротическое и аг­рессивное удовлетворение посредством акта дефекации), служит удовлетворению садистских желаний. На этой стадии появ­ляется возможность новых мазохистских ощущений — удовольствие, получаемое от сдерживания фекальных масс, и связанная с этим контролируемая боль. Здесь опять-таки имеет место сочетание конституцио­нальных и внешних факторов, определяю­щих качество и интенсивность фиксации, которая в конечном итоге влияет на фор­мирование характера. При этом основную организующую роль выполняют фактор времени, приучение к опрятности (в сочета­нии с соответствующими мерами наказания), а также новые защитные действия по преодолению психических конфликтов.
В бессознательной сфере садизм и мазохизм нераздельны: садист получает удовлетворение не только от причинения боли объекту, но и в результате идентификации с ним. Точно так же и мазохист, стре­мясь наказать своего мучителя, пытается вызвать в нем чувство вины. При садома­зохистской перверсии оба компонента в зависимости от обстоятельств могут менять­ся местами.
Как садизм, так и мазохизм могут соче­тать в себе удовольствие и страдание, то есть элементы и сексуальных, и агрессивных влечений. Различие между ними состоит лишь в том, что первый направлен на объект, тогда как второй — на самого субъекта. С точки зрения психоаналитической теории, садизм и мазохизм представляют собой «слияние» либидинозных и агрессивных вле­чений. При этом в качестве первичного феномена, согласно Фрейду, выступает ма­зохизм, лишь впоследствии преобразующий­ся в садизм. Неразрывность садистских и мазохистских явлений объясняется (анало­гично преобразованию других первичных состояний) их формированием в ходе слож­ных процессов интернализации и экстернализации.

Перверсия.
Фиксированное и стойкое сексуальное поведение, расцениваемое как патологичес­кое из-за отклонений в выборе сексуального объекта и/или от нормального для взрослого гетеросексуального полового акта.
При опи­сании перверсий Фрейд отмечал, что отдельные элементы таких сексуальных дей­ствий встречаются в половой жизни чуть ли не у каждого здорового индивида. При опре­деленных обстоятельствах подобная сексуальная активность в течение определенно­го времени может замещать «нормальное» поведение или сосуществовать наряду с ним. Несмотря на то, что четкую границу между нормальным и патологическим сексу­альным поведением провести невозможно, некоторые отклонения настолько отличают­ся от общепринятых норм, что их следует называть патологическими. Крайние фикси­рованные и исключительные формы сексу­ального поведения описываются как первер­сии, аналогичные действия, составляющие часть полового акта и усиливающие сексу­альное возбуждение, расцениваются как нормальные. Например, скопофилия счита­ется нормальной как элемент сексуальных отношений, но не при вуайеризме.

перверсия


Перверсии характеризуются особыми сексуальными фантазиями, способами ма­стурбации, сексуальной стимуляцией и/или особыми требованиями к половому партнеру. Типичными примерами являются фе­тишизм, трансвестизм, вуайеризм, эксгибици­онизм, садомазохизм и педофилия.
Гомо­сексуализм часто рассматривается как нормальная вариация, однако некоторые его формы соответствуют данному здесь определению. Далеко не всегда у одного индивида удается выявить весь комплекс извращен­ного поведения. Обеспечивая избавление от тревоги, связанной с дофаллическими и фаллическими конфликтами развития, сек­суальная перверсия позволяет достигать генитального оргазма, когда другие спосо­бы его достижения подавляются. Перверсии могут практиковаться с партнером или без него, могут быть исключительной формой или сочетаться с другими. Если перверсия не является исключительной и облигатной, она переживается либо как доставляющая большее удовлетворение, чем гетеросексу­альный половой акт, либо как обязательное его условие. И, наоборот, в процессе нор­мальных предварительных ласк используют­ся многие формы инфантильной сексуаль­ности для достижения желанной цели гетеросексуальной генитальности.
Фрейд выявил предвестников пер­версий в детских фантазиях и увлечениях. Он обнаружил также, что извращенные желания и фантазии у невротиков являются бессознательными — невротические симп­томы отчасти представляют собой реакцию на извращенные представления. Он выдви­нул гипотезу о том, что сексуальные первер­сии возникают тогда, когда детские либидинозные устремления непосредственно переносятся в жизнь взрослого— инфантиль­ная сексуальность уступает силам вытесне­ния, которые конвертируют ее в невроти­ческие симптомы.
В дальнейшем психоаналитики выявили защитный характер первер­сий — они представляют собой комплекс­ное компромиссное образование. В ти­пичных для перверсий бессознательных фантазиях отрицаются анатомическое раз­личие между полами, взаимная привлека­тельность полов и прерогатива половой зрелости. Функции перверсии являются комплексными и множественно детермини­рованными.
Помимо роли в качестве ком­промиссного образования между деривата­ми влечений и Сверх-Я, перверсия выполня­ет важные функции сохранения Я, включа­ющие в себя избавление от страха отде­ления и кастрации, контроль над агресси­ей, стабилизацию образа тела, выражение женской идентификации и торжества над нею, дегуманизацию и нейтрализацию угро­жающих объектов, восполнение пробелов в чувстве реальности и освобождение от мучительных аффектов, таких, как депрессия. Поскольку термин «перверсия» приобрел уничижительное значение, его иногда заме­няют понятиями сексуальной девиации или парафилии.
Термином «парафилия» подчер­кивается необычное качество или природа объекта эротического интереса, тогда как понятие сексуальной девиации относится к сексуальной активности, выходящей с точ­ки зрения статистики или культуры за рам­ки нормы.
Эти термины подразумевают изолиро­ванные категории, однако перверсия редко представляет собой отдельное клиническое проявление патологии. Как правило, она возникает в сочетании с широким спектром расстройств, включая психозы и нарушения половой принадлежности на одном его кон­це и неврозы, при которых склонность к перверсии все более и более вытесняет­ся, — на другом.
Хотя психическую жизнь индивида могут пронизывать разнообразные извращенные фантазии, перверсия не всегда препятству­ет установлению отношений с соответствующими партнерами. Стабильные объектные отношения, как известно, имеют место у лиц с самыми разными формами перверсии.

Гомосексуализм.
Выбор объекта того же пола для дости­жения субъектом сексуального возбуждения и удовлетворения. Гомосексуальная склон­ность может быть открытой (то есть созна­тельно приемлемой и выражающейся в сек­суальной активности с соответствующим партнером либо в фантазиях, сопровожда­ющихся мастурбацией и оргазмом), латен­тной или бессознательной.
При латентной гомосексуальности эротическое предпочте­ние скрыто, но обладает потенциалом для того, чтобы проявиться. Этот термин приме­няется по отношению к лицам, не вступаю­щим в гомосексуальные отношения по при­чине социальных запретов либо внутренних конфликтов, временно блокирующих приня­тие или осознание собственной гомосексу­альности.

гомосексуализм


Бессознательная гомосексуаль­ность может быть распознана в скрытой форме при анализе характерологических нарушений, неврозов, сновидений и психо­зов, хотя такие пациенты редко становятся открытыми гомосексуалистами. Такое раз­граничение может с пользой применяться во многих случаях, но оно не является обще­принятым; часто термины «латентная гомо­сексуальность» и «бессознательная гомосексуальность» используются как взаимоза­меняемые. Бессознательная гомосексуаль­ность в той или иной степени присутству­ет у каждого гетеросексуального индивида.
Фрейд полагал, что гомосексуальное либидо отвлекается от физических объектов к социально приемлемым (сублимация) либо «направляется на службу» вызывающему восхищение лицу или делу (в границах, оп­ределенных Я-идеалом). Оно может прояв­ляться в сновидениях или других регрессив­ных состояниях и в усилении тревожности. Вместе с тем даже у лиц с явной гомосек­суальностью имеются элементы гетеросексуальности.
Фрейдом описаны три типа гомо­сексуалистов: абсолютные, амфигенные и контингентные.
Абсолютный, эксклюзивный или облигаторный гомосексуальный инди­вид возбуждается только лицами того же пола; к лицам противоположного поло он индифферентен или враждебен.
Амфигенный индивид способен вступать в сексуаль­ные контакты с лицами обоего пола. В настоящее время для обозначения такого открытого сексуального поведения термину амфигенный предпочитают обозначение бисексуальный— он не обязательно соот­носится с тем, что Фрейд считал общей бисексуальной предрасположенностью че­ловека. Радо назвал это «вариативной» гомосексуальностью.
Контингентно гомосексуальные индиви­ды (ситуативные по Радо) — это лица, спо­собные принять гомосексуальный способ удовлетворения, если объекты противопо­ложного пола недоступны (например, в тю­ремном заключении). Значительно труднее классифицировать лиц, чья сексуальная ориентация изначально гетеросексуально, но которые по тем или иным причинам эпи­зодически вступают в гомосексуальные свя­зи. К этой группе относятся подростки (го­мосексуальная активность защищает их от тревоги, характерной для данной стадии развития), а также лица, мотивированные оппортунистическими соображениями.
Рассмотренные классификации разли­чают виды гомосексуальности соответ­ственно проявлениям сексуального поведе­ния. Они полезны в описательном смысле, однако не учитывают психологические и психодинамические факторы, во многом бессознательные, отвечающие за гомо- или гетеросексуальный выбор объекта.
С пси­хоаналитической точки зрения, всякое сек­суальное поведение человека предопределяется многочисленными факторами разви­тия в сочетании с влияниями внешней сре­ды. Возникая на доэдиповой и эдиповой стадиях, эти факторы подвергаются вытес­нению, становятся бессознательными и не пробуждаются в обычных обстоятельствах. Поэтому некоторые психоаналитики утверждают, что мы не знаем ничего о том, какие ранние факторы определяют выбор любовного объекта. На­пример, по мнению ряда исследователей и клиницистов, семейные констелляции у мно­гих гетеросексуальных индивидов идентич­ны тем, что считаются способствующими гомосексуализму, а родительское отноше­ние ко многим гомосексуалистам соответ­ствует «среднеожидаемому. Ре­левантные динамические факторы могут быть обнаружены только при последова­тельном применении психоаналитических техник.
Попытки установить соматические (хро­мосомные и гормональные) факторы, влия­ющие на формирование сексуальной ори­ентации, пока неубедительны.
Соматические факторы, особенно в пре­натальный период, определяют анатомичес­кий пол; выбор же объекта, кок представ­ляется, детерминирован средой. Как посту­лируют психоаналитики, конфликты стадии сепарации-индивидуации или эдиповой ста­дии могут приводить к идентификации с родителем противоположного пола и к го­мосексуальному выбору объекта.
До 50-х годов прошлого столетия исход эдиповой стадии рассматривался как глав­ное объяснение возникновения гомо- и гетеросексуальности. Многие гомосексуаль­ные мужчины переживали чрезмерную привязанность к матери в период ранних эдиповых взаимоотношений. Оставаясь ‘верными’ ей, они не могли перенести свои сексуальные чувства на других женщин без того, чтобы не испытывать инцестуозные фантазии и соответствующие запреты, а поэтому переориентируются с женщины, на мужчину.
Негативному (гомосексуальному) разрешению эдипо­вой стадии способствуют также страхи ка­страции, сопровождающиеся частичной регрессией к оральному или анальному уровню интеграции и фиксации. Хотя маль­чик и боится вмешательство и проникнове­ния в свой мир (или кастрации) со стороны более могущественного мужчины (отца), он может желать инкорпорировать отцовскую силу— оральным либо анальным путем— и стремиться к безопасности, основанной на зависимости от отца.
Негативный эди­пов комплекс, способствующий гомосексу­альному исходу, обычно связан также с проблемами более ранних доэдиповых вза­имоотношений с матерью, во многом влия­ющими на чрезмерную привязанность к отцу.

Новейшие исследования в области сек­суальной ориентации и раннего детского развития подчеркивают значимость доэди­повых влияний, определяющих неудачный переход от единства матери и ребенка (в младенческом возрасте) к индивидуации. Хотя в некоторых случаях выявлены преоб­ладающие доэдиповы и эдиповы влияния, большинство включает механизмы, соответ­ствующие многим уровням фиксации и регрессии.

Корреляции с различными уровнями психопатологии, зависящими от точки фикса­ции или задержки развития, уровня функций Я и использования примитивных защит, могут быть аналогичны как для гомо-, ток и для ге­теросексуальных лиц. Соответственно, хотя психоаналитические исследования детской сексуальности, конфликтов, защит и компро­миссных образований предоставляют базо­вые данные относительно психосексуально­сти, детерминанты гомосексуального выбора объекта до сих пор не отслежены с доста­точной ясностью. Бессознательные основы гомосексуального и гетеросексуального вы­бора объекта различны. Они не обязатель­но коррелирует с клинической картиной, наблюдениями, о распознаются только при психоаналитическом исследовании.
Многие гомосексуалисты способны к адаптации и не обнаруживают явных при­знаков психопатологических нарушений. Гомосексуальный акт может являться защи­той от конфликтов и тревоги, допуская тем самым высокий уровень личностного разви­тия и достижений в иных областях. Нару­шения по одной из линий развития может не оказывать заметного разрушающего влияния на другие линии. Таким образом, вполне возможно, что объектные отношения детерминированы своего рода психопато­логией, которая может сосуществовать с гомосексуальностью так же, как и с гетеросексуальностью. Кок гомо-, так и гетеросексуальные индивиды в равной степени спо­собны поддерживать зрелые и длительные привязанности; в то же время те и другие могут обнаруживать признаки мазохистских, нарциссических, депрессивных, пограничных или психотических расстройств.

В связи с этим Фрейд писал:
1. Инверсия [этому термину он отдавал предпочтение перед термином гомосексу­альность] обнаруживается у людей без признаков каких-либо других существенных отклонений от нормы.
2. Оно обнаруживается у людей с не­сниженной продуктивностью, отличающихся при этом высоким интеллектуальным разви­тием и уровнем этической культуры.
Женская гомосексуальность исследуется и описывается психоаналитика­ми не столь активно, как мужская, и сфор­мулированные положения относительно этого феномена более спорны. Как и в слу­чае мужской гомосексуальности, в ранних теоретических представлениях внимание концентрировалось на конфликтах фалли­чески-эдиповой фазы, инцестуозных желани­ях девочки по отношению к отцу (и брать­ям), соперничестве и неприязни по отноше­нию к матери (и сестрам); то и другое по­рождают тревогу и чувство вины, что может завершиться защитной регрессией на уро­вень доэдиповых отношений девочки с матерью.
Интенсивность конфликтов часто подкрепляется реальной или воображае­мой первичной сценой(половой акт родителей), а также садомазохистскими представлениями о по­ловом акте.
Острый страх кастрации и зависть к пенису, страх пассивных желаний и пенетрации, разочарование в отце ассо­циируются с возрастающей тенденцией к маскулинной идентификации.
Девочка мо­жет идеализировать мать, но иногда в ходе психоанализа обнаруживается, что мать была от­чуждена, назойлива, контролировала теле­сные функции и запрещала инфантильное сексуальное удовлетворение (включая ма­стурбацию). В этом контексте партнер ста­новится эрзацем ‘хорошей матери’, и в го­мосексуальной активности, по-видимому, отыгрываются счастливые симбиотические отношения, что являет попытку отрицать эдипов конфликт: дочь не ненавидит мать, а любит ее, мать же не фрустрирует сексуальные желания, а удовлетворяет их. Такое разрешение конфликта, однако, как прави­ло, является нестабильным, поскольку интенсивная близость может нести угрозу, а маскулинная идентификация может возникать как защита от тревоги, основанная но фан­тазии о слиянии с матерью.
Современные психоаналитики также признают значение эдипова конфликта, но большее внимание уделяют нарушениям взаимоот­ношений матери и ребенка в доэдиповой фазе процесса сепарации-индивидуации. Эти нарушения могут усиливаться, а поло­вая идентичность искажаться врожденными дефектами, повторяющимися медицинскими процедурами, физическим или эмоциональ­ным отсутствием матери. Это приводит к фиксации и делает более вероятной регрессию вследствие эдипова конфликта. В ситуациях депривации и пренебрежения со стороны матери гомосексуальный партнер может представлять собой переходный объект, утрата которого вызывает острую тревогу или депрессию, угрожает интегра­ции личности или половой идентификации. Острая физическая или душевная боль усиливает зависимость ребенка от матери, а также обостряет враждебность и агрес­сию по отношению к ней; как следствие, иногда возникает защитный мазохизм. Если мать поощряет зависимость дочери или принижает значение ее телесности, интен­сифицируются фантазии и страхи, связан­ные с кастрацией.
Большое значение в формировании женской гомосексуальной ориентации имеет позиция отца, критикую­щего и дискредитирующего мужчин, которые интересуются дочерью, разочарование в гетеросексуальной любовной жизни или супружестве или же сомнение в доступности гетеросексуальных объектов.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s